О внутренней миграции

На днях, в очередной раз, услышал сетования государственного мужа о низком уровне внутренней миграции населения. Народ наш, дескать, пассивный, совершенно не желает менять место жительства, переезжать из одного города в другой в поисках более высокого уровня жизни, лучше оплачиваемой работы, реализации личностных и профессиональных амбиций. «В развитых странах в сфере внутренней, в первую очередь, профессиональной миграции ситуация обстоит кардинально иначе. Профессионалы меняют место работы, города и даже страны, тем самым реализуя собственные амбиции и способствуя развитию экономики».


Я не социолог и не претендую на научное исследование данного вопроса, но в силу жизненных обстоятельств задался вопросом: почему же российская внутренняя миграция так удручает высокопоставленного чиновника? Каков  рецепт стимуляции этого процесса?


Во-первых, нужно отсечь от понятия «внутренняя миграция» вахтовый метод. Взрослые здоровые мужчины выбирают не смену местожительства, а график работы. Несмотря на то, что бóльшую часть жизни они проводят в бытовках и общежитиях от Мурманска до Магадана, «home,sweet home» с женой, детьми, друзьями находится где-нибудь в селе Кислянка Курганской области.


Во-вторых, нельзя назвать внутренними мигрантами высококвалифицированных специалистов, которых крупные компании разыскивают, вычисляют, переманивают, всячески холят и лелеют. Эти люди зачастую переезжают на новое место работы с семьями и жизненным укладом. К тому же, данная категория работников фактически живёт своей работой: и на рабочем месте, и за обедом, поднося ложку ко рту, и ложась спать. Поэтому им рядом нужна семья: кто-то должен обустраивать быт в предоставленной служебной квартире, варить борщи и развешивать шторы.


Кто же остаётся в «сухом остатке»? Пассивная, с точки зрения «государственного мужа», масса российского труженика. Наёмные работники и представители более или менее малого бизнеса.


Почему эти люди не рвутся покорять бескрайние просторы нашей родины в поисках лучшей жизни?


На мой взгляд, ответ один: страх. Страх потерять то, что уже есть. Страх не найти своё место в новом для них мире. Страх оказаться без работы и средств к существованию. Страх остаться без крыши над головой. Страх за семью, детей, родных, которые вынуждены будут разделить с новоиспечённым мигрантом все тяготы обустройства на новом месте. Страх оказаться изолированным от привычного круга общения, друзей, знакомых. Страх. Страх! Страх…


И всё же. Есть люди, готовые поставить на кон всё и изменить свою жизнь. Естественно с надеждой изменить к лучшему.


Когда мой возраст перевалил за четвёртый десяток, семья давно распалась, дети подросли, я понял: жизнь сложилась.


Вроде бы всё хорошо: квартира на окраине, машина, ремонт которой стоит примерно столько же как и сам автомобиль, несколько неотягощающих бюджет кредитов, приезжающая по выходным женщина, с которой и жить не хочешь, но и расстаться повода нет.


Бизнес, которым я владею и управляю, отлажен и приносит небольшой доход, позволяющий закрывать текущие расходы, раз в год съездить за границу отдохнуть, раз в неделю сходить в кино, раз в месяц «посидеть» с друзьями. Приятная сердцу стабильность.


Всё было хорошо, пока не пришел очередной кризис. А в наш промышленный регион с областным центром–миллионником вместе с ним пришёл и новый губернатор. Старого жители моей малой родины считали жуликом, но любили. Любили, несмотря на то, что он и его команда растащили, всё что могли. Любили за то, что воровал красиво. Устроил в областном центре «дорожную революцию»: расширил дороги, в том числе за счёт уменьшения газонов вдоль проезжей части и вырубки растущих на них деревьев, построил транспортные развязки на сложных и загруженных участках дорог. В общем – постарался решить транспортную проблему для растущего и развивающегося города. Себя, конечно, тоже не забыл: пара торговых комплексов, поражающих своими масштабами, отели, процент от быстрорастущих ввысь окраин. Как бы то ни было деньги региона вращались в регионе и населению было на что купить масло для бутерброда. А при желании ещё и украсить пирамидкой красной икры на праздник.


Но подул ветер перемен. «Любимый» губер покинул пост, пересев в почётное кресло в столице. Кстати, спустя пару лет против него возбудили уголовное дело о взяточнистве и использовании должностного положения в личных целях. Нам же прислали нового. Человек крайне заслуженный, и, вроде бы, не чужой: родился, жил и работал на высоких бизнес-постах во втором по величине городе региона. А главное, пользующийся доверием. Окружив себя не менее доверенными лицами, с которыми он работал на своей малой родине, новый губернатор, как человек обстоятельный и серьёзный, свернул все проекты своего предшественника, ликвидировал все финансовые круговороты, изгибы и перегибы, перекрыл краны распределения потоков. Многие, встроенные в схемы черпания из источника остались не у дел. А тут ещё этот треклятый мировой кризис.


Моя сфера деятельности относится к удовлетворению духовных потребностей, поэтому я и мои коллеги одними из первых почувствовали кризис. Как известно, люди делятся на две неравные категории: малая их часть, близкая к статистической погрешности, считает, что духовный голод требует удовлетворения, как и голод физический, большая же часть может без излишних мук совести подзатянуть пояса и духовно поголодать. Все мы склонны верить в светлое будущее и опыт показывал, что иногда из-за туч выглядывает солнце. Верил в это и я. Но к концу 2016-го пришлось принять простую истину: затянутый пояс всё быстрее «сползает» с талии на шею, напоминая удавку.  И это не только в сфере удовлетворения духовных потребностей. Один из ключевых показателей уровня жизни населения – цены на недвижимость – за 2 года упали на 25-30 %. Предложение превысило спрос в 2 раза.


И потянулись из промышленного гиганта-миллионника сначала нестройные ручейки, а потом вполне заметные потоки внутренних мигрантов. Особенно популярными направлениями стали Сочи и Краснодар с молочными реками и кисельными берегами. Кто-то по привычке двинулся в Москву. Малая часть стала осваивать другие регионы. Люди побежали из города.  


Вместе с ними побежал и я. Именно «побежал». Из города, в котором я прожил большую половину жизни, в котором я знаю практически все уголки, с которым у меня связаны тёплые и не очень воспоминания, о котором я могу рассказать как заправский экскурсовод. Всё, что смог, распродал, что не смог - оставил и «побежал».


Зато теперь я знаю рецепт стимуляции внутренней миграции, так необходимый высокому государственному мужу: кризис, бесконечный непрекращающийся кризис в экономике, социальных, культурных и прочих отношениях. Когда всё вокруг рушится, более-менее активная часть населения пытается искать выход. И если нет возможности реализовать себя в городе N, можно попробовать в другом месте, благо букв в алфавите достаточно.

Источник фото: Ia-centr.ru

@блог


О внутренней миграции

На днях, в очередной раз, услышал сетования государственного мужа о низком уровне внутренней миграции населения. Народ наш, дескать, пассивный, совершенно не желает менять место жительства, переезжать из одного города в другой в поисках более высокого уровня жизни, лучше оплачиваемой работы, реализации личностных и профессиональных амбиций. «В развитых странах в сфере внутренней, в первую очередь, профессиональной миграции ситуация обстоит кардинально иначе. Профессионалы меняют место работы, города и даже страны, тем самым реализуя собственные амбиции и способствуя развитию экономики».


Я не социолог и не претендую на научное исследование данного вопроса, но в силу жизненных обстоятельств задался вопросом: почему же российская внутренняя миграция так удручает высокопоставленного чиновника? Каков  рецепт стимуляции этого процесса?


Во-первых, нужно отсечь от понятия «внутренняя миграция» вахтовый метод. Взрослые здоровые мужчины выбирают не смену местожительства, а график работы. Несмотря на то, что бóльшую часть жизни они проводят в бытовках и общежитиях от Мурманска до Магадана, «home,sweet home» с женой, детьми, друзьями находится где-нибудь в селе Кислянка Курганской области.


Во-вторых, нельзя назвать внутренними мигрантами высококвалифицированных специалистов, которых крупные компании разыскивают, вычисляют, переманивают, всячески холят и лелеют. Эти люди зачастую переезжают на новое место работы с семьями и жизненным укладом. К тому же, данная категория работников фактически живёт своей работой: и на рабочем месте, и за обедом, поднося ложку ко рту, и ложась спать. Поэтому им рядом нужна семья: кто-то должен обустраивать быт в предоставленной служебной квартире, варить борщи и развешивать шторы.


Кто же остаётся в «сухом остатке»? Пассивная, с точки зрения «государственного мужа», масса российского труженика. Наёмные работники и представители более или менее малого бизнеса.


Почему эти люди не рвутся покорять бескрайние просторы нашей родины в поисках лучшей жизни?


На мой взгляд, ответ один: страх. Страх потерять то, что уже есть. Страх не найти своё место в новом для них мире. Страх оказаться без работы и средств к существованию. Страх остаться без крыши над головой. Страх за семью, детей, родных, которые вынуждены будут разделить с новоиспечённым мигрантом все тяготы обустройства на новом месте. Страх оказаться изолированным от привычного круга общения, друзей, знакомых. Страх. Страх! Страх…


И всё же. Есть люди, готовые поставить на кон всё и изменить свою жизнь. Естественно с надеждой изменить к лучшему.


Когда мой возраст перевалил за четвёртый десяток, семья давно распалась, дети подросли, я понял: жизнь сложилась.


Вроде бы всё хорошо: квартира на окраине, машина, ремонт которой стоит примерно столько же как и сам автомобиль, несколько неотягощающих бюджет кредитов, приезжающая по выходным женщина, с которой и жить не хочешь, но и расстаться повода нет.


Бизнес, которым я владею и управляю, отлажен и приносит небольшой доход, позволяющий закрывать текущие расходы, раз в год съездить за границу отдохнуть, раз в неделю сходить в кино, раз в месяц «посидеть» с друзьями. Приятная сердцу стабильность.


Всё было хорошо, пока не пришел очередной кризис. А в наш промышленный регион с областным центром–миллионником вместе с ним пришёл и новый губернатор. Старого жители моей малой родины считали жуликом, но любили. Любили, несмотря на то, что он и его команда растащили, всё что могли. Любили за то, что воровал красиво. Устроил в областном центре «дорожную революцию»: расширил дороги, в том числе за счёт уменьшения газонов вдоль проезжей части и вырубки растущих на них деревьев, построил транспортные развязки на сложных и загруженных участках дорог. В общем – постарался решить транспортную проблему для растущего и развивающегося города. Себя, конечно, тоже не забыл: пара торговых комплексов, поражающих своими масштабами, отели, процент от быстрорастущих ввысь окраин. Как бы то ни было деньги региона вращались в регионе и населению было на что купить масло для бутерброда. А при желании ещё и украсить пирамидкой красной икры на праздник.


Но подул ветер перемен. «Любимый» губер покинул пост, пересев в почётное кресло в столице. Кстати, спустя пару лет против него возбудили уголовное дело о взяточнистве и использовании должностного положения в личных целях. Нам же прислали нового. Человек крайне заслуженный, и, вроде бы, не чужой: родился, жил и работал на высоких бизнес-постах во втором по величине городе региона. А главное, пользующийся доверием. Окружив себя не менее доверенными лицами, с которыми он работал на своей малой родине, новый губернатор, как человек обстоятельный и серьёзный, свернул все проекты своего предшественника, ликвидировал все финансовые круговороты, изгибы и перегибы, перекрыл краны распределения потоков. Многие, встроенные в схемы черпания из источника остались не у дел. А тут ещё этот треклятый мировой кризис.


Моя сфера деятельности относится к удовлетворению духовных потребностей, поэтому я и мои коллеги одними из первых почувствовали кризис. Как известно, люди делятся на две неравные категории: малая их часть, близкая к статистической погрешности, считает, что духовный голод требует удовлетворения, как и голод физический, большая же часть может без излишних мук совести подзатянуть пояса и духовно поголодать. Все мы склонны верить в светлое будущее и опыт показывал, что иногда из-за туч выглядывает солнце. Верил в это и я. Но к концу 2016-го пришлось принять простую истину: затянутый пояс всё быстрее «сползает» с талии на шею, напоминая удавку.  И это не только в сфере удовлетворения духовных потребностей. Один из ключевых показателей уровня жизни населения – цены на недвижимость – за 2 года упали на 25-30 %. Предложение превысило спрос в 2 раза.


И потянулись из промышленного гиганта-миллионника сначала нестройные ручейки, а потом вполне заметные потоки внутренних мигрантов. Особенно популярными направлениями стали Сочи и Краснодар с молочными реками и кисельными берегами. Кто-то по привычке двинулся в Москву. Малая часть стала осваивать другие регионы. Люди побежали из города.  


Вместе с ними побежал и я. Именно «побежал». Из города, в котором я прожил большую половину жизни, в котором я знаю практически все уголки, с которым у меня связаны тёплые и не очень воспоминания, о котором я могу рассказать как заправский экскурсовод. Всё, что смог, распродал, что не смог - оставил и «побежал».


Зато теперь я знаю рецепт стимуляции внутренней миграции, так необходимый высокому государственному мужу: кризис, бесконечный непрекращающийся кризис в экономике, социальных, культурных и прочих отношениях. Когда всё вокруг рушится, более-менее активная часть населения пытается искать выход. И если нет возможности реализовать себя в городе N, можно попробовать в другом месте, благо букв в алфавите достаточно.


Автор: Герман Титов

Об авторе:


Информация не указана


» » О внутренней миграции

Комментарии


Новости партнеров


Загрузка...

Читайте также


Что еще пишут в @блогах


Новости из соцсетей


Новость дня

Проекты NRT

Курсы валют

,

Новости партнеров

Загрузка...

Последние комментарии

Гороскоп на неделю

Видео

День в истории

Последнее в @блогах